В Приморском районном суде Санкт-Петербурга под председательством судьи Е.С. Богдановой третий год продолжается судебное разбирательство по резонансному делу «Лайф-из-Гуд», «Гермес», «Бест Вей». Сторона обвинения, по сообщению журналистов, освещающих это резонансное дело, использует в качестве доказательств большой массив аналитических писем Росфинмониторинга и Банка России.
Этими документами обосновываются финансовые потоки, зарубежные счета, взаимосвязь организаций, признаки финансовой пирамиды и другие обстоятельства, имеющие непосредственное значение для обвинения.
По сообщению адвокатов, защита заявляет о принципиальной проблеме. За убедительными названиями государственных ведомств могут скрываться не первичные доказательства, а аналитические выводы, происхождение и содержание которых защита не имеет возможности полноценно проверить.
«Государственный герб на бланке не превращает информацию в бесспорный факт, — говорят адвокаты, — В отношении писем Росфинмониторинга ситуация особенно острая. В уголовном деле находятся двенадцать писем и аналитических материалов, содержащих сведения о счетах, движении денег, финансовых связях и информацию иностранных подразделений финансовой разведки. Однако вместо первичных документов иностранных банков суду представлены ведомственные аналитические материалы».
Защита, говорят адвокаты, не может проверить, что именно первоначально сообщалось иностранными источниками, кем были получены сведения, в каком объеме, на каком основании и каким образом они затем обрабатывались.
Более того, по материалам защиты, часть иностранной финансовой информации сопровождалась указаниями на ее разведывательный характер и ограничения на передачу третьим лицам, приобщение к уголовным расследованиям и использование в суде.
«Возникает очевидный вопрос, — подчеркивают адвокаты, — Если источник информации прямо ограничивал ее дальнейшее использование, каким образом она приобрела статус доказательства обвинения. По позиции защиты, убедительного ответа на этот вопрос до настоящего времени не представлено».
Не менее серьезен, акцентируют внимание адвокаты, вопрос о банковской тайне. В материалах, исследованных защитой, отсутствуют первичные документы иностранных банков и документы международной правовой помощи, позволяющие проследить весь законный путь получения сведений о зарубежных счетах и движении денежных средств.
«Получается, что обвинение предлагает суду использовать результат аналитической обработки информации, первоисточник которой сторона защиты не может исследовать и оспорить на равных условиях, — подчеркивают адвокаты, — Есть и еще одно обстоятельство, которое невозможно объяснить простой технической неточностью. Государственное обвинение ссылалось на постановление о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 5 апреля 2021 года как на основание появления материалов Росфинмониторинга в уголовном деле. Но среди спорных документов находятся письма от 27 августа, 8 сентября и 18 октября 2021 года. Эти документы появились спустя несколько месяцев после постановления, которым объясняется их процессуальное происхождение».
Документ, которого еще не существовало в апреле, не мог быть представлен в апреле, подчеркивают адвокаты. По мнению защиты, такое противоречие требовало отдельной и подробной судебной проверки.
«Защита поставила эти вопросы перед судом. Суд отказал в исключении писем Росфинмониторинга. По оценке защиты, при этом не был дан полноценный мотивированный ответ по существу ключевых доводов о первоисточниках информации, режиме ее использования, банковской тайне и законности процессуального пути появления спорных документов в деле».
Аналогичная проблема, по словам адвокатов, возникла с письмами Банка России. Обвинение использует семь писем Банка России и приложенные к ним аналитические материалы для подтверждения признаков финансовой пирамиды, характера финансовых потоков и взаимосвязанности организаций.
«Но содержание самой переписки Банка России ставит под серьезное сомнение возможность воспринимать такие выводы как полноценное доказательство соответствующих обстоятельств, — замечают адвокаты, — Банк России сам сообщал, что Hermes Management LTD, Life is Good LTD и связанный с ними кооператив не относятся к числу поднадзорных ему организаций. Их отчетность в Банк России не представлялась. Информация о признаках деятельности собиралась в том числе посредством мониторинга сети Интернет и анализа открытых источников. Более того, Банк России указывал на отсутствие полномочий проводить экономические экспертизы и давать экономические заключения по обстоятельствам уголовных дел».
В отдельной переписке также отмечалось, по словам защитников, что Банк России не ведет учет банковских счетов физических и юридических лиц и не собирает информацию о движении денежных средств по этим счетам.
«И здесь возникает еще один простой вопрос. Если сам Банк России говорит, что организации ему не поднадзорны, отчетность он не получает, счета не учитывает, движение денег по ним не отслеживает и экономические экспертизы по уголовным делам не проводит, на каком основании аналитическое письмо превращается в доказательство финансовых потоков и признаков финансовой пирамиды. Информация из открытых источников может стать поводом для проверки. Но повод для проверки и доказательство виновности — принципиально разные вещи. Если обвинение утверждает, что деньги двигались определенным образом, должны исследоваться банковские документы. Если речь идет о хозяйственной деятельности, должны исследоваться договоры, бухгалтерская отчетность, акты, реестры и документы об исполнении обязательств. Если необходим специальный экономический анализ, он должен проводиться в предусмотренной законом процессуальной форме. Нельзя заменить первичный документ аналитическим пересказом. Нельзя заменить экспертизу ведомственным мнением. Нельзя многократно повторить одну аналитическую оценку в разных письмах и представить это как несколько независимых доказательств».
Тем не менее суд отказал защите и в исключении семи писем Банка России из доказательственной базы. По позиции защиты, такие отказы создают опасный прецедент. «Получается, что государственное ведомство может сформировать аналитическую оценку на основании открытых источников, обращений, чужих материалов и иной информации, а затем эта оценка начинает использоваться в уголовном процессе как подтверждение обстоятельств обвинения, — подчеркивают адвокаты, — При этом первичный источник остается за пределами полноценного судебного исследования. Именно здесь находится главная больная точка. Защиту фактически ставят в положение, когда ей предлагают опровергать не первичный документ, а уже сформированное государственным органом мнение. Но уголовный процесс не должен строиться на авторитете ведомства. Он должен строиться на проверяемых доказательствах».
Статья 75 УПК РФ, замечают адвокаты, прямо запрещает использование доказательств, полученных с нарушением уголовно-процессуального закона. «Никакое доказательство не имеет заранее установленной силы. Ни письмо Росфинмониторинга. Ни письмо Банка России. Ни аналитическая справка государственного органа. Защита не требует особого отношения. Она требует ответов на конкретные вопросы. Откуда получены сведения. Где первичные документы. Кто и в каком порядке получил иностранную банковскую информацию. Разрешалось ли ее использование в уголовном суде. Почему документы, появившиеся после апреля 2021 года, связываются с постановлением от 5 апреля 2021 года. На каком основании аналитика Банка России используется для подтверждения финансовых обстоятельств, которые сам Банк России, согласно его переписке, непосредственно не исследовал и не был уполномочен исследовать как эксперт. Почему эти вопросы не привели к исключению спорных материалов. И почему защита должна доверять информации, которую она не может полноценно проверить».
Это, подчеркивают адвокаты, не формальности. Это фундаментальные гарантии справедливого уголовного процесса. Нельзя судить человека на основании принципа «так написало государственное ведомство».
«Государство, обвиняющее человека, обязано не просить верить. Оно обязано доказать. Первичным документом. Законным источником. Проверяемым способом получения информации. И доказательством, которое способно выдержать открытую судебную проверку. Все остальное является информацией. Но информацией обвинительный приговор подменять нельзя».
26.08.2026
По сообщению наших корреспондентов, в Приморском районном суде Санкт-Петербурга стороной защиты поставлен принципиальный вопрос о допустимости доказательств, имеющий значение далеко за пределами конкретного уголовного дела.
Защита заявила ходатайства об исключении из числа доказательств протоколов осмотра, составленных в 2023 году в отношении Василенко Виктора Ивановича и других подсудимых, а также цифровых носителей, интернет-ресурсов, видеоматериалов и иных информационных объектов.
Позиция защиты, по словам адвокатов, основана не на предположениях и не на попытке заменить судебную оценку собственной оценкой доказательств. В основу ходатайств положены конкретные нормы УПК РФ, разъяснения Пленума Верховного суда Российской Федерации и правовые позиции самого Верховного Суда, разграничивающие полномочия следователя, специалиста, эксперта и суда.
Суть поставленного вопроса предельно проста, подчеркивают они. Протокол осмотра предназначен для фиксации обнаруженного объекта, обстоятельств его обнаружения, результатов осмотра и примененных технических средств. Он не превращает следователя в эксперта по лингвистике, специалиста по рекламе, экономиста и тем более в суд, разрешающий вопрос о наличии состава преступления.
Между тем, как указывает защита, в оспариваемых протоколах зафиксированы не только сведения о просмотренных видеороликах, интернет-страницах, публикациях и цифровых файлах. В них содержатся готовые обвинительные выводы о руководстве преступным сообществом, агрессивной рекламе, привлечении граждан в финансовую пирамиду, заведомо ложной информации о доходности, фактическом руководстве коммерческой структурой и иных обстоятельствах, которые сами по себе не могут быть установлены простым зрительным или слуховым восприятием материала.
Именно здесь проходит принципиальная граница, подчеркивают адвокаты. Следователь, замечают они, вправе зафиксировать, что на странице размещен определенный текст, что на цифровом носителе имеется конкретный видеофайл, что видеозапись имеет определенную продолжительность и содержит определенные изображения или реплики.
Но вывод о том, что конкретное высказывание является агрессивной рекламой, содержит признаки введения потребителей в заблуждение, свидетельствует о наличии определенного умысла, доказывает участие лица в преступном сообществе либо подтверждает существование определенной экономической модели, уже является результатом аналитической и правовой оценки.
И если для такого вывода требуются специальные знания, они не могут быть заменены свободным изложением следователя в протоколе осмотра.
Эта позиция защиты подтверждается представленными заключениями специалистов. В частности, исследование материалов показало отсутствие установленных лингвистических признаков агрессивного, навязчивого, принудительного или манипулятивного воздействия, а также отсутствие признаков гарантированной либо безусловной доходности, которые следствие связывает с исследуемой информацией. При этом специалист отдельно указал, что вывод о массированности рекламы невозможно сделать только на основании содержания отдельных материалов, поскольку для этого необходимы данные о количестве публикаций, периоде распространения, охвате аудитории, каналах распространения и иных обстоятельствах.
Особенно показателен протокол осмотра USB-накопителя с двумя видеозаписями. Из содержания самого протокола следует, что одна запись касается частной хозяйственной ситуации, связанной с ремонтом автомобиля и денежными расчетами, а другая фиксирует передачу денежных средств без установленного происхождения и назначения этих средств.
Однако из самого факта разговора о деньгах или передачи наличных еще не следует ни наличие инвестиционной деятельности, ни привлечение средств граждан, ни существование финансовой пирамиды, ни преступное происхождение денежных средств, ни руководство конкретной организацией.
Между наблюдаемым фактом и обвинительным выводом существует огромная доказательственная дистанция. Именно эту дистанцию, по мнению защиты, следствие в ряде случаев просто устранило собственным изложением, превратив протокол осмотра из средства фиксации в средство формирования обвинительной версии.
Не менее серьезные вопросы поставлены в отношении цифровой информации.
Защита указывает на отсутствие в отдельных протоколах необходимых данных, позволяющих проверить происхождение и неизменность цифровых файлов, последовательность их получения, технические характеристики, наличие либо отсутствие признаков изменения или монтажа, а также идентичность копий первоисточнику.
При отсутствии понятых закон предъявляет повышенные требования к технической фиксации следственного действия. Однако, как утверждается в ходатайстве, вместо непрерывной фиксации всего процесса осмотра представлены отдельные фотографии и скриншоты, которые не позволяют воспроизвести весь механизм поиска, открытия, просмотра и копирования цифровой информации.
Отдельный вопрос вызывает отсутствие специалиста при совершении технически значимых действий с цифровыми объектами.
Защита обращает внимание на то, что следователь самостоятельно осуществлял поиск цифрового контента, его отбор, выгрузку на служебный компьютер и последующее копирование файлов на другой носитель. В результате суду предлагается исследовать не первичный цифровой источник с гарантированной цепочкой происхождения, а объект, процесс формирования которого требует самостоятельной проверки.
Это уже вопрос не риторики, а процессуальной надежности доказательства.
Именно поэтому защита ссылается на статью 75 УПК РФ, устанавливающую последствия получения доказательства с нарушением требований уголовно-процессуального закона, а также на статьи 166, 170, 176, 177, 180 и 164.1 УПК РФ, регулирующие порядок проведения и фиксации соответствующих следственных действий.
Особое значение в этой ситуации приобретают разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 № 51 требует от суда при рассмотрении вопроса о недопустимости доказательства выяснить, в чем конкретно выразилось нарушение уголовно-процессуального закона. При этом к числу оснований недопустимости отнесены существенные нарушения порядка собирания и закрепления доказательств, а также случаи, когда доказательство получено ненадлежащим лицом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.
Пункт 14 того же постановления имеет для данной ситуации еще более принципиальное значение. Суд не освобождается от обязанности проверить обстоятельства проведения следственного действия и принять мотивированное решение только потому, что определенное процессуальное действие ранее было разрешено либо признано законным. «Иными словами, вопрос нельзя решить формулой «нарушений не установлено», если стороне защиты предложено конкретное содержание нарушений».
Нужно ответить на каждый существенный довод, подчеркивают адвокаты. Каким образом обеспечивалась полнота технической фиксации при отсутствии понятых.
Каким образом проверялась неизменность и происхождение цифровых файлов?
На каком основании следователь самостоятельно устанавливал лингвистические и рекламные характеристики материалов?
Каким образом из содержания конкретного видеоролика был сделан вывод о привлечении граждан в финансовую пирамиду?
Какие именно обстоятельства позволили сделать вывод о фактическом руководстве организацией?
Каким образом отдельные публикации и видеоматериалы подтверждают признаки преступного сообщества?
И главное — каким положением уголовно-процессуального закона следователю предоставлено право включать в протокол осмотра готовые выводы, относящиеся к предмету экспертного исследования и судебной оценки.
Именно на эти вопросы, по мнению защиты, должен быть дан не формальный, а содержательный ответ.
Особую актуальность эта проблема приобрела в связи с подписанием 4 августа 2026 года Федерального конституционного закона № 3-ФКЗ.
Закон внес изменения в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» и Федеральный конституционный закон «О Верховном Суде Российской Федерации», дополнив положения о разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации словом «руководящие».
Кроме того, закон прямо предусматривает заслушивание Верховным Судом докладов председателей судов по вопросам учета в судебной практике правовых позиций, содержащихся в постановлениях Пленума и Президиума Верховного Суда Российской Федерации.
«Это изменение нельзя рассматривать как техническую корректировку текста закона, — подчеркивают защитики, — Оно отражает законодательное усиление значения единообразия судебной практики и правовых позиций Верховного суда. И потому ситуация, когда сторона защиты прямо ссылается на конкретные пункты постановлений Пленума Верховного Суда, приводит соответствующую судебную практику Верховного суда и показывает конкретные процессуальные нарушения, требует от суда не формального упоминания этих доводов, а их содержательной проверки».
При этом защита не утверждает, что постановление Пленума освобождает суд от самостоятельного применения закона. Речь идет о другом.
«Если Верховный Суд уже сформулировал руководящий правовой подход к тому, каким образом суд должен проверять допустимость доказательства, каким образом должна оцениваться процедура его получения и какое содержание должно иметь мотивированное судебное решение, суд не может заменить эту проверку общей фразой об отсутствии нарушений. Тем более когда речь идет о доказательствах, непосредственно используемых для подтверждения обвинения».
Адвокаты обращают внимание: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» также требует от суда оценивать доказательства как обвинительного, так и оправдательного характера, приводить мотивы их принятия либо отвергания, а по каждому подсудимому и каждому обвинению давать самостоятельную оценку доказательственной совокупности. Суд не вправе ограничиваться механическим перечислением документов и протоколов.
«Судебная практика Верховного Суда, приведенная в ходатайствах, также показывает разграничение между технической фиксацией интернет-материала и специальным исследованием его смыслового, лингвистического либо психологического содержания».
В частности, защита ссылается на кассационные определения Верховного Суда РФ от 23.10.2024 по делу № 5-УД24-82-А1 и от 17.12.2025 по делу № 221-УД25-15-А6, в которых разграничиваются протокол осмотра интернет-страницы как средство фиксации размещенного материала и судебная экспертиза как средство установления специальных лингвистических и психологических признаков.
«Поэтому настоящий спор имеет принципиальное значение, — замечают адвокаты, — Он касается не только нескольких протоколов и не только конкретного уголовного дела. Он касается вопроса о том, где заканчивается фиксация доказательства и начинается его интерпретация, кто вправе давать специальную оценку информации, каким образом должны проверяться цифровые доказательства и обязан ли суд действительно рассматривать доводы защиты о недопустимости доказательств, а не воспроизводить формулу об отсутствии нарушений».
Защита исходит из того, что уголовный процесс не может строиться по принципу «сначала сформулирован обвинительный вывод, затем под него подбирается процессуальная форма».
«Процессуальная форма существует именно для того, чтобы отделять установленный факт от предположения, доказательство от интерпретации, специальное исследование от свободного мнения и судебную оценку от позиции стороны обвинения. Если протокол осмотра превращается в документ, где следователь самостоятельно устанавливает смысл текста, характер рекламы, экономическую модель, умысел лица и признаки преступного сообщества, возникает вопрос не о стилистике документа, а о законности способа получения доказательства».
И если суд, получив детализированное ходатайство с указанием конкретных норм закона, конкретных пунктов постановлений Пленума и конкретных судебных актов Верховного Суда, отвечает лишь тем, что «нарушений не установлено», это не разрешает поставленный вопрос, — замечают адвокаты, — Это лишь переносит его на следующую процессуальную стадию. Потому что в правовом государстве недостаточно произнести вывод».
Необходимо показать путь, которым суд к нему пришел, подчеркивают защитники. «Именно этого требует мотивированное правосудие. Именно этого требует уголовно-процессуальный закон. И именно к такому стандарту судебной деятельности сегодня подводит законодатель, усиливая руководящее значение правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации».
Защита будет продолжать настаивать на том, что каждое доказательство должно отвечать требованиям относимости, допустимости и достоверности, а каждое заявленное нарушение должно получить конкретный, проверяемый и мотивированный судебный ответ.
Вопрос в данном случае, по словам адвокатов, заключается не только в том, будут ли исключены конкретные протоколы.
Вопрос заключается в том, останется ли протокол осмотра протоколом осмотра — или ему будет позволено превратиться в замену экспертизы, обвинительного заключения и судебного решения одновременно.
24.08.2026
Минпромторг РФ ожидает сохранения или увеличения объемов российского несырьевого неэнергетического экспорта в текущем году по сравнению с 2025 годом, сообщил директор департамента международной кооперации и лицензирования в сфере внешней торговли министерства Андрей Миронов.
«У нас объем несырьевого неэнергетического экспорта по итогам 2025 года составил более $160 млрд. В этом году, по скромным нашим оценкам, мы будем не хуже, а может быть даже перевыполним и плановые, и фактические значения 2025 года», — сказал он на форуме «Арктика — регионы».
По его словам, Минпромторг продолжит разработку новых мер поддержки российских экспортеров. «Это свидетельствует о том, что все наши меры поддержки, которые мы предлагаем в настоящее время, действительно находят очень позитивный отклик, являются очень хорошим подспорьем для российского бизнеса по наращиванию объемов несырьевого неэнергетического экспорта. И безусловно, данная работа будет продолжена как через адаптацию существующих мер поддержки к тем реалиям, которые в настоящее время есть, так и к разработке новых инструментариев», — отметил Миронов.
Ранее он сообщал, что объем экспорта несырьевых неэнергетических товаров из России в 2025 году превысил плановый уровень на 7%, составив $163,7 млрд.
13.08.2026
Правительство РФ прорабатывает дополнительные меры поддержки для особо значимых проектов с искусственным интеллектом (ИИ), в том числе обсуждается увеличение грантового софинансирования до 80% с 50% от стоимости проекта, сообщили журналистам в аппарате вице-премьера РФ Дмитрия Григоренко.
«Ведется работа над совершенствованием мер поддержки особо значимых проектов с использованием технологий ИИ. В частности, прорабатывается возможность увеличения грантового софинансирования — с текущих 50% до 80% от стоимости проекта», — заявили в аппарате.
Ранее во вторник Минцифры сообщило, что кабмин утвердил перечень из 24 новых особо значимых проектов в ключевых отраслях экономики. В аппарате подчеркнули, что внедрение отечественных IT-решений, представленных в перечне, будет способствовать цифровизации транспортной отрасли, промышленности и торговли, агропромышленного комплекса.
Всего с 2022 года отобрано более 200 особо значимых проектов, из них уже завершено 128.
11.08.2026
11 августа 2026 года основатель и президент крупнейшего молочного холдинга России ГК «ЭкоНива» Штефан Дюрр (член РСПП) провел запуск молокоперерабатывающего завода в поселке Маслянино Новосибирской области. В мероприятии по видеосвязи приняли участие Президент России Владимир Путин и губернатор Новосибирской области Андрей Травников.
Строительство завода в Маслянинском районе Новосибирской области началось в 2018 года Проект реализует компания «Сибирская академия молочных наук». Общие инвестиции составляют 38 млрд рублей.
Мощности завода позволят перерабатывать 1150 тонн сырого молока в сутки и производить широкий ассортимент натуральной молочной продукции. В частности, здесь будет выпускаться 35 700 тонн самопрессующихся, полутвердых и твердых сыров в год по собственным уникальным рецептурам. Также инфраструктура завода включает линию для сушки и деминерализации (очистки) молочной сыворотки, побочного продукта при производстве сыра. Сухая деминерализованная сыворотка максимальной степени деминерализации 90% (Д-90, «Деми-90» или DWP-90) является основным ингредиентом для производства сухих детских смесей, в том числе заменителей грудного молока, а также используется в специализированном медицинском и спортивном питании. На заводе будет производиться около 16 000 тонн инновационного ингредиента в год, что позволит не только обеспечить внутренний рынок России, но и нарастить экспорт в Китай, страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока. Выход предприятия на проектную мощность запланирован на 2029 год.
Поставки сырого молока на завод осуществляются с собственных ферм «ЭкоНивы», расположенных в непосредственной близости от него. Группа работает по принципу «от поля до прилавка» и самостоятельно контролирует все этапы производственной цепочки – от выращивания кормов для собственного поголовья коров высокоудойных пород до выпуска качественной натуральной молочной продукции.
Владимир Путин поблагодарил Штефана Дюрра за созидательную работу и достижение хороших результатов и пожелал успехов коллективу предприятия.
12.08.2026
30 июля 2026 г. состоялось заседание Рабочей группы Комитета РСПП по экологии и климатической политике по вопросам подготовки и получения комплексных экологических разрешений (КЭР) на осуществление хозяйственной деятельности.
Участники заседания отметили, что за период с 2018 г. по июнь 2026 г. из более 5 000 объектов I категории по уровню негативного воздействия на окружающую среду разрешения получили около 4 000 объектов. При этом в текущем году истекает срок действия ранее выданных разрешений, а в 2027 году предстоит параллельно решать задачи как по продлению действующих разрешений, так и по разработке и согласованию разрешений нового цикла.
Сложности в получении КЭР в большинстве случаев связаны с объективными причинами. По мнению членов Рабочей группы, к таким причинам в том числе относится несовершенство нормативной базы, регламентирующей процесс получения и пересмотра КЭР. Члены Рабочей группы подчеркнули необходимость доработки и актуализации нормативной основы для подготовки, получения и пересмотра КЭР и выразили готовность к проведению такой работы совместно с ответственными органами власти и научными организациями Минприроды России, Минпромторгом России, Минэнерго России и Росприроднадзором.
КЭР являются важным механизмом природоохранного регулирования и экологической политики компаний. Благодаря конструктивному взаимодействию с ответственными органами власти, с учетом КЭР и входящих в него программ повышения экологической эффективности реализуется множество мер по ограничению воздействия хозяйственной деятельности предприятий на окружающую среду. РСПП последовательно выступает за развитие и совершенствование этих механизмов, в том числе за продление сроков действия КЭР и программ повышения экологической эффективности для предприятий электроэнергетики и водохозяйственного комплекса до 14 лет, а также привязку к срокам действия КЭР допустимых сроков создания систем автоматического контроля выбросов и сбросов загрязняющих веществ.
3.08.2026
Россия стала одним из наиболее перспективных рынков для индийских экспортеров на фоне значительной перестройки мировой торговли и изменения глобальных цепочек поставок. Об этом заявил ТАСС президент Федерации индийских экспортных организаций Субхаш Чандер Ралхан.
«Россия стала одним из наиболее перспективных рынков для индийских экспортеров на фоне существенной перестройки мировой торговли. Изменение глобальных цепочек поставок, трансформация геополитической ситуации и стремление Москвы диверсифицировать источники закупок открыли новые возможности для индийского бизнеса», — сказал он.
По словам Ралхана, «прочное стратегическое партнерство между Индией и Россией, а также активное взаимодействие на межправительственном уровне создают условия для перехода двусторонних торговых отношений к новому этапу роста».
По оценке главы федерации, «конкурентоспособное производство, высокое качество продукции и надежность поставок позволяют индийским компаниям успешно удовлетворять меняющиеся потребности российского рынка». «Дополнительному росту торговли будут способствовать развитие транспортно-логистических маршрутов, совершенствование банковской инфраструктуры и механизмов расчетов, а также расширение прямых контактов между деловыми кругами двух стран», — заявил Ралхан.
3.08.2026
Дополнительные условия для привлечения финансирования в область инновационных разработок планируется создать в России. Соответствующее поручение дал премьер-министр РФ Михаил Мишустин по итогам стратегической сессии о совершенствовании системы управления научно-технологическим развитием, сообщает пресс-служба кабмина.
«Планируется создать дополнительные условия для привлечения финансирования в сферу инновационных разработок. В связи с этим будет доработан план мероприятий, необходимых для достижения национальной цели, предусматривающей увеличение к 2030 году затрат на исследования и разработки не менее чем до 2% ВВП, в том числе за счет увеличения инвестиций со стороны частного бизнеса не менее чем в 2 раза», — отмечается в сообщении.
Утверждением и реализацией плана поручено заняться Минобрнауки, Минэкономразвития, Минпромторгу, Минфину, Минтрансу и Российской академии наук. О результатах проделанной работы доложат в кабмин до 25 ноября 2030 года с представлением промежуточных докладов ежегодно до 23 ноября.
Кроме того, будет продолжена работа по развитию единой государственной информационной системы учета научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ гражданского назначения.
«Минфину и Минобрнауки поручено обеспечить ее интеграцию с «Электронным бюджетом» для передачи сведений об утвержденных обоснованиях бюджетных ассигнований по государственным заданиям на проведение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ», — отметили в кабмине.
6.08.2026
Количество иностранных компаний, зарегистрированных в России с января по май 2026 года составило 3,1 тыс., что является рекордом для этого периода за последние восемь лет. Об этом сообщают «Известия» со ссылкой на данные Росстата.
Согласно данным газеты, в январе — мае в России было зарегистрировано 63 тыс. организаций, а ликвидировано 108 тыс. Отмечается, что среди иностранных компаний зарегистрированных было на 7% больше, чем ликвидированных. Таким образом, количество появившихся в стране организаций с зарубежными владельцами составило 3,1 тыс., что является рекордом для этого периода за последние 8 лет.
Наибольшим приростом на российском рынке отметились компании из Китая. Они составили более половины (58%) из числа всех зарегистрированных юрлиц, а в 2025 году число зарегистрированных китайских компаний составило 4,1 тыс., что на 35% больше, чем годом ранее.
По словам члена генсовета «Деловой России» Андрея Глушкина, среди наиболее популярных направлений у иностранных компаний отмечаются промышленная электроника, базовое программное обеспечение, критические материалы, упаковка, полимеры, фармацевтика, косметика и БАДы.
27.07.2026
Доля креативных индустрий в ВВП России сейчас составляет около 4,3%, к 2030 году ее нужно довести до 6%, заявил премьер-министр РФ Михаил Мишустин во время посещения креативного кластера в Якутске.
«Доля креативных индустрий в стране на сегодня — примерно 4,3% в ВВП. У нас с вами цель стоит — довести ее к 2030 году до 6%, а это серьезный рывок», — сказал он.
31.07.2026